Главный навык — это «вычислительное мышление» в коммуникациях
Поделитесь с друзьями
Продолжаем цикл интервью с руководителями образовательных программ Института общественных наук Президентской академии. Сегодня беседуем с Ксенией Шевченко и Сергеем Дубровским, возглавляющими программу бакалавриата «Цифровые коммуникации и искусственный интеллект».
– Сергей Дубровский: Мы переосмысливаем саму суть коммуникаций в эпоху алгоритмов. Студенты учатся думать системно: любая коммуникационная задача рассматривается через призму данных, автоматизации и масштабирования. Это как разница между умением водить автомобиль и пониманием того, как он устроен — второе даёт совершенно другой уровень возможностей.
– Ксения Шевченко: Мы не просто интегрируем цифровые курсы к PR образованию. Наша цель – формировать профессионалов, которые одинаково уверенно думают как в понятиях коммуникационной стратегии, так и в терминах анализа данных и продуктового подхода. Это позволяет выпускникам работать и в классическом пиаре (агентства, корпоративные коммуникации), и в ИТ-командах (продуктовый маркетинг, промт-инжиниринг).
– А какие конкретные навыки позволяют работать и в пиаре, и в ИТ?
– К.Ш.: Сегодня уже не существует в чистом виде пиара — это отрасль на стыке коммуникаций, маркетинга, цифровых инструментов, поведенческой экономики. Поэтому привязать навыки конкретно к классическому пиару – значит, ограничить их применимость. Обучение у нас построено таким образом, что практически любой навык, который осваивают наши студенты – междисциплинарный. Например, написание пресс-материалов – это вполне традиционный пиар-навык, однако если к нему добавить ИИ-инструменты генерации контента, анализа данных, то он уже становится навыком универсальным для любой отрасли.
– С.Д.: Главный навык — это «вычислительное мышление» в коммуникациях. Умение декомпозировать коммуникационную задачу на элементы, которые можно автоматизировать, измерить, оптимизировать. Плюс конкретные технические навыки: работа с API социальных сетей, написание простых скриптов на Python для анализа текстов, базовая и тонкая настройка языковых моделей под задачи бренда. Но это не программирование ради программирования – каждая строчка кода решает реальную коммуникационную задачу.
– Программа молодая, в 2026 году будет третий набор. Примерно столько же существует ИИ как широко заметный общественный феномен, постоянно при этом трансформируясь. Поделитесь, как меняется ваша программа?
– С.Д.: Важно понимать, что мы не догоняем тренды, а тестируем их вместе со студентами в режиме реального времени. Как только в проприетарных экосистемах или на сцене систем с открытым кодом появляется что-то новое: будь то очередная модель от OpenAI или экспериментальные инструменты с GitHub, – мы сразу разбираемся, как это может встроиться в коммуникационные процессы. Студенты учатся не просто использовать готовые инструменты, а понимать экосистему ИИ-решений и самостоятельно оценивать их потенциал для своих задач.
За три года блок искусственного интеллекта эволюционировал кардинально. Если в первый год мы осваивали базовую работу с сервисами типа ChatGPT, то сейчас студенты погружаются в промпт-инжиниринг продвинутого уровня, создавая сложные цепочки промптов для многоэтапных задач, работают с мультимодальными ИИ-системами, которые одновременно обрабатывают текст, изображения и аудио, изучают тонкую языковых моделей для адаптации ИИ под уникальное позиционирование бренда.
Особое внимание уделяем этике и безопасности – как использовать мощь нейросетей, не создавая репутационных рисков, как работать с синтетическим контентом в рамках правовых и этических ограничений. Это не академическое изучение технологий, а практическое освоение инструментария, который уже завтра может изменить правила игры в коммуникациях.
– К.Ш.: Мы благодарим за доверие наших студентов и их родителей, то, что они поверили в первый год запуска программы, порекомендовали её своим знакомым. Обратная связь от наших студентов и партнеров – важные составляющие учебного процесса. Благодаря вовлеченности преподавателей и наших коллег из отрасли содержание дисциплин учебного плана постоянно адаптируется под тренды, конкретно сейчас востребованные на рынке.
– Для многих абитуриентов словосочетание «искусственный интеллект» вызывает опасение, что учиться будет очень сложно. Так ли это?
– С.Д.: Это миф, что для работы с ИИ нужно быть математическим гением. Да, мы изучаем основы – но через практику, а не через формулы. Вместо абстрактных интегралов – реальные кейсы: как научить нейросеть отличать токсичные комментарии от конструктивной критики, как настроить автоматическую генерацию отчётов по упоминаниям бренда.
Мы начинаем с no-code инструментов (с англ., «без кода» – прим. ред), постепенно переходим к low-code (с англ., «низкий уровень использования кода» – прим. ред), и только потом – к написанию собственных скриптов. Это как учиться плавать: сначала на мелководье, потом глубже. К третьему курсу студенты уже спокойно будут жонглировать API, датасетами и нейросетями – и сами удивляться, как так получилось.
– Какие карьерные траектории открываются для выпускников?
– К.Ш.: Для выпускников направление «Реклама и связи с общественностью» рынок труда постоянно растёт. Любой организации, как государственной, так и частной, нужны пресс-секретари и специалисты по ведению социальных сетей, контент-продюсеры, специалисты по кризисным коммуникациям.
Кроме того, увеличивается число гибридных позиций, например, сейчас очень востребованы специалисты по внедрению нейросетевых решений, специалисты по автоматизации маркетинга, тренеры больших языковых моделей. Все эти профессиональные роли доступны для наших выпускников.
– С.Д.: Добавлю про техническую сторону карьеры. Наши выпускники востребованы в ИТ-компаниях как «мостик» между разработчиками и пользователями. Например, они становятся цифровыми продюсерами в медиа, помогая внедрять ИИ в процессы создания и дистрибуции контента. Или же аналитиками социальных данных, превращая хаос соцсетей в понятные инсайты для бизнеса. При этом они не конкурируют с профессиональными программистами – они решают другие задачи, на стыке технологий и смыслов.
– Что вы скажете родителям: насколько стабильна карьера таких специалистов?
– К.Ш.: Гибридные специалисты менее уязвимы перед сменой технологий и рынка: они могут работать в нескольких секторах. Умение сочетать стратегию коммуникаций и техническую реализацию делает их особенно востребованными. Практическая направленность обучения и сотрудничество с индустрией в перспективе дают высокий уровень трудоустройства.
– С.Д.: Давайте честно: если под стабильностью понимать карьерную лестницу, где десятилетиями поднимаешься от junior- до senior-позиций по понятным ступенькам, то нет, это не про нас. Но это вообще не про современный мир. Эпоха цифровых технологий принципиально нестабильна – отсюда и постоянные кризисы, и взрывной рост новых рынков, и исчезновение отдельных профессий всего за пару лет.
Мы готовим специалистов с другим типом стабильности – адаптивной. Они умеют быстро ориентироваться в меняющемся ландшафте, встраивать новые технологии в свою работу, переключаться между индустриями и задачами. Сегодня они настраивают коммуникации для банка через чат-боты, завтра консультируют стартапы по использованию генеративного ИИ, послезавтра возглавляют digital-направление в креативном агентстве.
Это гибкость. И парадоксально, но именно такие специалисты сейчас самые защищённые на рынке труда. Потому что компании ищут не тех, кто умеет делать одно и то же и делает это уже 20 лет, а тех, кто может разобраться в новой технологии за неделю и внедрить её в бизнес-процессы за месяц. Наши выпускники – именно такие.
Читайте интервью с руководителями программ бакалавриата:
1. Николай Манвелов: «Если работа связана в первую очередь с людьми, то важнее быть гуманитарием»
2. Евгения Дорина: «Под политическим консалтингом мы понимаем профессиональную деятельность обеспечения политических процессов с применением высокоэффективных технологий»
3. Ксения Шевченко и Сергей Дубровский: Главный навык — это «вычислительное мышление» в коммуникациях
4. Анна Васильева: «Чувствовать ткань города и владеть инструментарием для ее преобразования»
5. Елена Луценко: «Рынку нужны специалисты с хорошим знанием языка, владеющие навыками редактуры и корректуры текста»
6. Анастасия Астахова: «Социолог выступает интерпретатором в мире, переполненном данными, но часто испытывающем дефицит смысла»
7. Павел Сухов: «Мы ждём тех, кто готов мыслить масштабно и становиться архитекторами новых культурных ландшафтов»
8. Александр Фокин: «История – не перечень дат, а способ понимать мир»
Читайте интервью с руководителями программ магистратуры:
1. Татьяна Алисова: «Проявить упорство и открыть любовь к тому, что ты делаешь»
2. Никита Петров: «Городские культуры» – это место, где города перестают быть фоном и становятся главным персонажем»
3. Ольга Федосеева: О программе магистратуры «Цифровое управление и прикладная аналитика»
1. Николай Манвелов: «Если работа связана в первую очередь с людьми, то важнее быть гуманитарием»
2. Евгения Дорина: «Под политическим консалтингом мы понимаем профессиональную деятельность обеспечения политических процессов с применением высокоэффективных технологий»
3. Ксения Шевченко и Сергей Дубровский: Главный навык — это «вычислительное мышление» в коммуникациях
4. Анна Васильева: «Чувствовать ткань города и владеть инструментарием для ее преобразования»
5. Елена Луценко: «Рынку нужны специалисты с хорошим знанием языка, владеющие навыками редактуры и корректуры текста»
6. Анастасия Астахова: «Социолог выступает интерпретатором в мире, переполненном данными, но часто испытывающем дефицит смысла»
7. Павел Сухов: «Мы ждём тех, кто готов мыслить масштабно и становиться архитекторами новых культурных ландшафтов»
8. Александр Фокин: «История – не перечень дат, а способ понимать мир»
Читайте интервью с руководителями программ магистратуры:
1. Татьяна Алисова: «Проявить упорство и открыть любовь к тому, что ты делаешь»
2. Никита Петров: «Городские культуры» – это место, где города перестают быть фоном и становятся главным персонажем»
3. Ольга Федосеева: О программе магистратуры «Цифровое управление и прикладная аналитика»
