Абстрактная березка: Александр Фокин — о визуальной истории и политике памяти
Поделитесь с друзьями
Визуальную историю и политику памяти обсуждали участники фестиваля издательства «Новое литературное обозрение», который прошёл 20–21 сентября 2025 года в Доме творчества Переделкино. Кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Центра прикладной истории РАНХиГС Александр Фокин принял участие в презентациях и дискуссиях, выступив в роли эксперта-комментатора и соорганизатора разговоров.
Разговор вокруг «Русской берёзки» начался с вопроса, когда и при каких условиях берёза стала национальным символом. Александр Фокин предложил рассматривать «национализацию» образа как результат согласованной работы институтов позднесоветского времени — школы, медиа, музейных экспозиций и массовых ритуалов, — подчеркнув, что символ живёт не только в текстах, но и в городской среде, календарях памятных дат и визуальных кодах повседневности. Эта оптика позволила по-новому увидеть связь между фольклорными клише XIX века и советскими практиками памяти второй половины XX столетия.
Дискуссия вокруг книги Кирилла Чунихина была сосредоточена на выставочных стратегиях 1940–1960-х годов и привычных клише «культурной холодной войны». Здесь Александр Фокин акцентировал внимание на «эмоциональных режимах» восприятия — тех настроениях и ожиданиях, которые определяли, как советская и американская аудитории видели друг друга через искусство. Он поставил вопросы о роли кураторов и посредников, о «карьере» отдельных произведений в транснациональном обороте и о том, где проходит граница между пропагандой и подлинным культурным диалогом. Такая постановка темы вывела обсуждение за пределы идеологизированных схем и связала историю искусства с инструментарием публичной истории и визуальных исследований.
В результате обе презентации сошлись в общей рамке: как формируются символы и «каноны» памяти и почему именно визуальные практики — от городских монументов и музейных экспозиций до выставок международного обмена — оказываются ключевыми механизмами этой сборки.
Участие Александра Фокина задало аналитический тон обсуждения и заострило внимание на том, как научные выводы переводятся в язык экспозиционных решений, образовательных программ и городских инициатив. Для Центра прикладной истории это напрямую соотносится с ключевыми направлениями работы — публичной историей, политикой памяти и исследованием городских практик; в рамках этих треков Фокин выступил как профильный эксперт, демонстрируя, каким образом академическая экспертиза Центра может трансформироваться в прикладные рекомендации для музеев, органов культурной политики и образовательных учреждений.
